Легенды Старого Кракова

Объявление


●●●

●●●

●●●
      

●●●

●●●

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Легенды Старого Кракова » Игровой архив » Милый котик, мягкий котик, меховой клубок


Милый котик, мягкий котик, меховой клубок

Сообщений 31 страница 53 из 53

31

Агнешка проскользила в спальню вслед за ним и опустилась на кровать. Могла, конечно, и в воздухе зависнуть, как недобрая зеленая муза, но за столько лет привыкла уже вести себя по-человечески.
- А ты и поможешь. Только, пожалуйста, без самодеятельности, тут все рассчитано. Использовать втемную не будем, но и сразу все рассказать не можем - на случай, если попадешься. Ты-то терпеливый, верю. Но и они тоже. Я не была в Кракове много лет. Не знаю, как здесь и что.
Агнешка легла на спину рядом с Мораном, закинув руку за голову.
- Ойилла не тронь. Отличный рабочий инструмент, который нам еще очень пригодится. Жалеешь собаку - можно, в принципе, и в крысу пересадить, было дело... Был бы ты магом - понял бы. Хотя... - Агнешка задумчиво посмотрела на Алана, - В Ирландии со школой не очень. Шутка ли - с самого завоевания забирали всех способных в Англию. Маг и так почти всегда кукушонок, а эти еще и хищные. Оставалась либо всякая шушера, либо те, кто всеми правдами и неправдами скрывался. Без них бы ничего не было, ни ИРБ, ни Восстания, ни республики... Как на севере. Думаешь, Волчонок от нечего делать в ИРА пошел? Дал бы ему кто пойти, если бы его как мага забрали? Не то чтобы там не было наших.
Она вдруг усмехнулась.
- Клятву, кстати, ты мне не приносил. Только ему. Так что моя бессмертная душа - не под твоей защитой.

+1

32

- А, так в формальностях дело? - ухмыльнулся Алан в ответ. - Изволь: я присмотрю за твоей бессмертной душой. Я оплачу тебя, когда ей придет срок разлучиться с телом. Я возьму тебя за руку в смертный час. Я буду ждать твоего возвращения. Достаточно?
Наёмник тихонько хихикнул и осторожно повернулся на бок - лицом к призраку.
- И ты угадала, - вздохнул он, подкладывая руку под голову, - мне жалко собаку. Пёс-то ни в чём не виноват. Это не очень по-христиански, то, что я сейчас скажу, но человека в таком положении я воспринял бы и то легче. А то мало я, - усмешка Морана стала вдруг голодной, мёртвой и хищной, - дьяволов в человечьей шкуре видал, что ли?

+1

33

Агнешка улыбнулась и повернулась на бок.
- Клятва - не формальность. Как и любые магические слова. Я услышала тебя, Алан Моран.
Она поцеловала наемника в лоб, словно поставила ледяную печать.
- Сколько ты не знаешь, а... Но ничего. Следующие пару месяцев ты будешь китайским мальчиком. Знаешь, как они зубрят? Говорят, тех, кто не сдал выпускные экзамены, в Китае расстреливают. Может, и лгут. Но китаец правды не скажет, сразу начнет про великую страну чесать, так что...
Агнешка протянула руку и погладила Студента по голове. - От одного дьявола только избавились, сопли кровавые еще не высохли, - пожурила она его. - Оилл и в виде пса - не самый легкий приятель, а ты его в тело хочешь засунуть? Ты знаешь, что он нам каждый вечер обещает вместо сказки на ночь? Убить, расчленить, изнасиловать, сожрать... В произвольном порядке. Этому я тело не дам.

0

34

- Вы же понимаете, - спокойно спросил Студент, - что рано или поздно он это сделает, или как минимум изо всех сил постарается подойти к этому в максимальном приближении? Это блядский бес, сестрица, и меня тревожит то, что Оин, кажется сформировал определённую... привязанность к нему. Убить, расчленить, изнасиловать, сожрать - хуйня, это всё я и сам умею. Бесы играют с мозгами, кормят иллюзией власти над ними и так добираются даже до самых сильных.
Наёмник поднял руку и осторожно погладил Агнешку по призрачной щеке.
- Или ты думаешь, - сказал он всё так же бесстрастно, - что я не рассматривал этот вариант возвращения Айлиш с того света?..

Отредактировано Алан Моран (2016-05-19 14:41:50)

0

35

- Я - хозяин духов, Алан. И все это знаю. Такая работа. Не волнуйся, ошейник крепок - и соткан отнюдь не из привязанности. Демон - хорошее оружие, вот и все. Если его отпустить, он попытается убить. Если его убить, нового такого надо будет делать долго - слишком долго. У нас нет времени. То, что опасно для человека, не опасно для мага.
Агнешка коснулась его щеки.
- Не бойся. Ты есть у нас, мы есть у тебя. Айлиш... Ты же веришь в вечную жизнь? Она сейчас там, где ей уже никогда не будет больно. И возвращать ее обратно - это лишать покоя. Света, возможно. Я знаю. Я умирала.

+1

36

- Я знаю, что ей там лучше, - с сухими глазами сказал Алан, словно рассуждал о погоде, - всегда знал. Это в Катехизисе написано. Просто мне всегда было на это поебать. Она не имела никакого права сдаваться; не смела позволять себя жрать. Мы вошли в этот мир вместе, и вместе и должны были из него уйти. Я закрыл её собой во чреве матери, а она закрывала меня собой всякий раз после того, как мы были рождены. И плевать я хотел, чего она там, по ту сторону, хочет; она не имела права уходить без меня, и если когда я её верну, ей станет хуже, так это её проблемы.
Он помолчал.
- Я был адски пьян тогда, - тихо сказал он, - в Африке. Когда ударил со стариком по рукам. Но я понимал, что делаю. Я планировал это так долго, что мне было столько не выпить - чтоб не понять, когда оно наконец свершилось.

+1

37

Агнешка придвинулась еще ближе - так, что между ними осталась только узкая полоска одеяла. Нет оружия, разящего сильнее, чем искренность. Сильнее - и больнее. Она понизила голос:
- Написано, да. Но я скажу тебе как маг, Алан Моран. Мы рождаемся и умираем не единожды. Снова и снова мы приходим, чтобы встретить тех, кого знали однажды. Братьев, сестер, возлюбленных. Ты знаешь, в чем ты на самом деле поклялся? Что возвращение наступит: для тебя. Для меня. Для него. И что там мы увидимся снова. Эта клятва священна, потому что истинна.
Она взяла его за руку.
- Единственное, что мы еще не знаем - как вернуться, не утратив памяти. За этим мы здесь. Был один маг, который...верил, что знает.
Ее голос все-таки дрогнул.

0

38

- Какая отвратительная концепция, - помолчав, отозвался Алан. Худые пальцы крепко сжали пальцы Агнешки. - Позволь, я предпочту в это не верить... Мне куда ближе посмертие, в котором мы навечно остаемся собой... и из которого не приходится возвращаться. Да, я готов был вытянуть Айлиш откуда угодно, но сам на ее месте убил бы всякого, кто вынудил бы меня вернуться. Я ведь уже упоминал, - усмехнулся Моран, - что я эгоистичный мудак?
Кончиками пальцев он принялся осторожно поглаживать призрачное запястье.
- Я читал про социопатов, - задумчиво сказал он. - Как диагноз, типа. Такие чуваки, у которых нет "хорошо" и "плохо", это в них тупо не встроено. Есть только "я хочу" и "я не хочу", "мне кайфово" и "мне больно". Но иногда, пишут, случается, что какой-то такой чувак находит внешний кодекс и верует в него. И это помогает ему не причинять хотя бы ненужного зла - того, которого он причинять не хочет... Оину не понять.

Отредактировано Алан Моран (2016-05-19 16:20:59)

+1

39

Все-таки слишком человек. Слишком. Агнешка закрыла глаза, чтобы не выдать своих чувств. И открыла, уже совершенно спокойно.
- Ты не обижайся, Алан, но многие вещи... Чтобы их понимать, надо нас понимать. Магов. Вся суть в том, что мы и остаемся собой. Такими, как нас создали. Тело, события - это рюшечки. Важно то, что внутри. Вот ты, к примеру, - она усмехнулась, - эгоистичный мудак, и это интегральная часть тебя. Зачем-то ты нужен в этой...экосистеме. С кодексом или без. А почему ты думаешь, кстати, что Оину не понять?

0

40

- Ну да, куда уж мне понять-то? Я ж у нас человек-бревно, соображаю на уровне конкретной цели и вся голова забита сказками, нашептанными демоном, - фыркнул Оин, подпиравший косяк последнюю минуту.
Нарушая собственноручно установленное правило, ирландец закурил внутри квартиры.
- Вот только послушай, че я тебе скажу, мой маленький начитанный друг, - продолжил он, не выпуская сигарету из зубов, - бросай свои фантастические журналы, они до добра не доведут. Скажу по-секрету, глядишь, запомнишь, ни один из шифров МКБ-10 не расшифровывается как ебаный "социопат". И то, что ты описываешь, скорее подпадает под задержку умственного и эмоционального развития. Первое - прискорбно, но порой излечимо, а со вторым к психиатрам, увы, еще не сдают.
Мокрые волосы стояли торчком в разные стороны, придавая полуголому О’Ниллу, невесть откуда таки доставшему очки, вид самого настоящего безумного ученого. Синяки под глазами, хорошо развитая мускулатура и развесистая хохлома шрамов только усиливала впечатление.

+2

41

- Проблема не в том, что ты бревно, - ответствовал Алан, поджимая ноги и болтая ими в воздухе, - проблема в том, что ты как раз наоборот. То есть это, напротив, не проблема, а... А, блядь, я запутался.
Наемник сел и полез в карман за сигаретами.
- Ты, в отличие от меня, не припадочный, - весело пояснил он, прикуривая, - это как минимум, всегда помнишь, что творишь. И я не говорил, что голова у тебя забита вотпрямщас, я говорил, что беспокоюсь, как бы это не случилось рано или поздно. Ну, не знаю, беспокоят же тебя мои рак легких, цирроз печени или чё мне там ещё грозит. И вообще: сапер, который не параноик, - плохой, негодный сапер.
Моран безмятежно ухмыльнулся и мазнул по груди О'Нилла цепким взглядом.
- Чё-то ты разожрался со времён Дарфура, - без обиняков выдал он. - И дай очки посмотреть, может, улучшу малость.

Отредактировано Алан Моран (2016-05-19 17:58:05)

0

42

Оин прошел внутрь комнаты, и улегся на кровать прямо как есть, с очками и сигаретой. Правда, по дороге прихватил с пола какую-то чашку, и, пристроив рядом, стряхнул в нее пепел.
- Цирроз тебе уже не грозит, обрадуйся, а с раком легких будем разбираться по мере появления. Так что нет, они меня как раз не беспокоят. Предпочитаю решать насущные проблемы, знаешь ли, вот оттащить тебя к врачу с припадками, к примеру.
Он затянулся, глядя в потолок.
- Ты хочешь сказать, что я наконец перестал напоминать глисту в обмороке? Коей ты, между прочим, - он ткнул Морана пальцем в ребра, - по сей день остался.

+1

43

Моран, не оборачиваясь, хлопнул Оина по руке.
- С этим вот в жопу, просто сразу в жопу иди, - огрызнулся он. - К мозгоправу - только через мой труп, ясно? Ненавижу, бля! Я когда на гражданку выходил...
Алан заскрипел зубами и умолк.
- А что у меня отличный метаболизм, - вдруг дружелюбно сказал он, - я знаю, спасибо. В рукопашной я из тебя журавлика сложу, и ты это прекрасно знаешь; то-то в "Ангеле" ты меня к себе на метр не подпускал, - удовлетворенно заключил наемник и заржал.

+1

44

- Да-да, а так же другие фигуры из книги "Оригами для детей", - тему с врачом Оин решил прямо сейчас не развивать, предвидя, что это, черт побери, точно потянет на еще один пиздец, и Морана придется если не зарыть под плинтусом, то уж точно заткнуть до утра самым надежным способом - засунув в его тело Джинни, и приказав "лежать".
Докурив, ирландец потушил сигарету о край чашки, и потянул на себя любимый, ярко-оранжевый плед.
- Чуть меньше эгоцентризма и чуть больше самокритики, - сонно прошептал он. - Может быть когда-то ты и смог бы из меня что-то сложить, но сейчас, рыжик, ты медлителен и предсказуем.
Говорить не хотелось, плед был теплый и мягкий, глаза закрывались сами собой. Хотя какая-то часть сознания продолжала мониторить окружающую обстановку, не давая отключиться от реальности окончательно. Прошептав пару неразборчивых слов, Оин вытянул руку на простынь, ладонью вниз, и успокоился лишь почувствовав знакомое, едва заметное покалывание в пальцах. Охрана была установлена и настроена, кошачий призрак свернулся клубком под кроватью. Пистолеты, правда, остались лежать в гостиной вместо сейфа или подподушечного пространства, но к черту. Если кому-то придет в голову убивать ирландца в эту ночь, это будет уже не его проблема. Мысленно потянувшись к Агнешке, он шепнул ей:
- Иди сюда.
Агнешка обвилась вокруг его сознания одним привычным движением, как будто они ни на миг не расставались.
- Спи, Волчонок. Я присмотрю.
Он чувствовал, что ей грустно, но сейчас куда нужнее было выспаться. Остальное может подождать; весь мир, собственно. Она поцеловала Волчонка в висок.
- Ублюдок, - буркнул Алан, привычным движением затушив окурок о подошву кеда, бросив бычок в чашку и принявшись развязывать шнурки. - Вот прирежу тебя во сне наконец, будешь знать.
Освободившись от обуви, Моран подтянул колени к груди и задумчиво покачался на пружинистом краю кровати.
- Сволочь, - нежно сказал он. - Ебаное чудовище.
И вытянулся поперек кровати, ничтоже сумняшеся примостив голову Оину на грудь.
- Накрой его, а? Замерзнет насмерть еще, - вздохнула Агнешка. Но говорить уже было не с кем - измученный Волчонок уснул.
Хорошо откормленный призрак способен на многое. А призрак, который еще и не совсем... Из спящего Оина высунулась зеленая рука, потом - другая, с нечеловеческой силой они потянули одеяло и укрыли обоих братьев по оружию.
Алан, над которым наконец-то взяли верх кровопотеря и шок, дернулся и прошептал что-то невнятное. Левая рука вскинулась - кривовато и неточно - и сцапала ладонь Оина.
Моран, не просыпаясь, стиснул пальцы. И, кажется, наконец-то и вправду унялся.
Оин обнял его во сне.

Отредактировано Оин О’Нилл (2016-05-19 19:27:48)

+1

45

После полуночи в доме было тихо. Лишь ветер, прошуршав по комнате, сбросил веточку полыни с подоконника, и окно, как будто от сквозняка, приоткрылось.
- Привет, Тайг, - сказала Агнешка, вылезая из окна и садясь на подоконник.
- Здрасте-мордасте, - буркнул ефрейтор О'Лири, подлетая. - Наебали и рады?
- Садись. Поговорить надо.
- А чё, так вот мордой об асфальт разучились уже типа, да? - окрысился Тайг, с видом крайнего отвращения устраиваясь на краю подоконника. - Чё надо-то?
В общем, она могла бы и в воздухе зависнуть, но сидеть на подоконнике, болтая ногами, было... Интереснее. Как в школе, когда заполночь вылезаешь из окна, чтобы разделить с товарищем контрабандную сигарету. Полюбоваться звездами. Просто подышать. Даже сейчас, когда из всего вышеперечисленного оставались только звезды, далёкие и холодные, как всегда бывает в городах.
- Это ты мне скажи. Чего ты хочешь, Тайг О'Лири?
- Чтоб он сдох, скотина, - как заученный урок, ответил Тайг. - Чтоб он в аду визжал, тварь такая. Чтоб за всё ответил. За это вот, - заорал ефрейтор, оттягивая шарф с изуродованной синей, с отпечатавшимся скрученным не то шарфом, не то полотенцем, опухолью шеи, - видала, да? Мне двадцать пять лет было! Двадцать пять, сука! А вы его спасли, - с беспомощной злобой тихо довершил он.
Агнешка протянула руку и потрогала странгуляционную борозду без малейшего  отвращения - напротив, с неким сочувственным интересом.
- Понимаю. Мне было тридцать восемь и я хотела взорвать весь мир за такую чудовищную несправедливость. Про Алана я понимаю. Ты - его Немезида, - она помедлила, - Отчаянный мститель. Но чего хочешь ты сам, Тайг? Не для него - а для себя?
- Чтоб он сдох, - тупо повторил Тайг. - Что я ещё хотеть могу? Чтоб ему было так же плохо, как мне. Вот чего я хочу. Больше мне ничего не надо.
- Допустим, все это время ему было плохо. Ты был рад? Зачем ты сказал нам, что бокор его кончать будет?
- Потому что тогда б он легко отделался, - с жестокой честностью пожал плечами Тайг. - А мне, может, его тушка тоже нравится. Вот пусть он тут повисит, снаружи. А я из него доживу свою жизнь. Которая пошла по пизде из-за этой пьяной скотины. Так будет только справедливо. Я дожидаюсь, - сладострастно прошипел О'Лири, - чтоб он снова с собой попытался покончить. В прошлый раз я как-то упустил. А уж в этот форточку открытую не прозеваю.
- Так все дело в теле? Всего-то? Допустим, можно найти и тело. Алана я тебе не отдам, он мой. А вот любое подходящее тело при смерти, где душа уже готова уйти... После этого ты будешь жить, пока не умрешь.
- Диббук, что ли? - недоверчиво воззрился на неё Тайг. - А чё не бабу его тогда?
- Одержимость. С девушкой иначе. Ее душа страдает и нуждается в спасении. Что же до твоей христианской души, то здесь, видимо, могут возникнуть проблемы?
- А с хуя ль она христианская? - искренне изумился О'Лири. - Я этот. Как его. На "а".
- То есть ад тебе не грозит? - ухмыльнулась Агнешка. - Что же ты не распылился в воздухе и не стал пеной морской, а?
- Потому что он, сука! - завопил О'Лири. - Всё он, сука! Всё он виноват!
По всей видимости, невеликих умственных способностей ефрейтора хватило только на то, чтобы зациклиться в посмертии на ненавистном Моране (который, конечно, был виновен в его смерти, но всё же косвенно, а истинный убийца давно уже получил свою пулю), и даже сообразить, что он сам по себе является ходячим опровержением "как его на "а", он уже не мог.
- Я ничего плохого не делал, - пробубнил Тайг. - Все так делали. Как будто я один так делал. Студент не делал, ну так у него на живых не вставал.
- Конечно, - легко согласилась Агнешка. - А ты был молодой, здоровый и у тебя вставал.
- А чё я-то, - снова взвился О'Лири, - чё я-то?! А деньги нам за что платили, по-твоему? Это Студент, блядь, день валит, день бухает и плачет, а у меня всё в порядке было с психикой! Я нормальный! Чё я-то сразу?!
- Нормальный, да, - она приподняла его подбородок большим пальцем и внимательно посмотрела. - И на меня бы встал?
О'Лири против воли осклабился.

+2

46

- Вижу, что да, - почти пропела Агнешка. - Будь ты живым, ты бы не колебался?
- Я что, - с обезоруживающей прямотой осведомился ефрейтор, - импотент? Ты что сказать-то хочешь, бля?
Судя по всему, Тайг совершенно неверно оценивал влияние запоев Студента на его судьбу. Скорее, нетрезвость Морана незаслуженно продлевала срок жизни юного О'Лири.
Она все так же задумчиво улыбалась, как добрая фея. Побег плюща, обвивавший ее волосы,  пополз по ее плечу, руке, кисти... И обвился  вокруг шеи Тайга, превращаясь в ошейник - тонкий, зеленый, почти незаметный.
- Хочу сказать, что я передумала. Если тебе дать тело, ты слишком быстро начнешь им пользоваться по назначению, не спрашивая согласия у других.
- Сука-а-а-а!!! - пронзительно заорал Тайг, извиваясь и пытаясь сорвать с себя удавку. - Сука-а!!! За шею!!! Блядь!!! Сука! Пусти!!!
Ошейник не поддавался, как он ни усердствовал. Но и не давил. Пока что. Агнешка, глядя на Тайга, что-то беззвучно прошептала одними губами.
- Пусть он решит - жить тебе или все же стать пеной морской. Если ада нет, то ты будешь свободен. Не самая плохая участь.
Потянуло запёкшейся кровью.
И кишками.
И костной крошкой.
И химической взрывчаткой.
Девочка-хиппи с коротко обрезанными тёмными волосами, с вывороченными рёбрами и оторванной рукой, не давая себе труд придерживать свисающие петли кишок, зависла в воздухе напротив Агнешки и смотрела на неё мёртвыми, жадными глазами - с побелевшим зрачком и припорошенной песком роговицей.
- Мне, - едва шевельнув губами, выдохнула она. - Мне.
Агнешка повернулась в ее сторону, словно бы забыв о Тайге.
- Что - тебе?

+2

47

- Тело. Жизнь. Мне, - булькающим шёпотом, с усилием выдавила покойница. - Мне.
- Тебя не звали, - просто ответила Агнешка. - И, напротив, зовут с другой стороны.
- Несправедливо, - прошептала покойница. - Несправедливо. Шеол... не хочу.
- Несправедливо, - Агнешка подплыла к ней поближе, - Может, нахер бледные асфодели? Ты попадешь ровно туда, куда веришь. Не хочешь в Шеол - не иди. Иди дальше.
- Он, - упорно сказала покойница. - Хотел спасти. Платить. Любить.
- Хотел. А ты хочешь есть. Только вот его есть нельзя. И ты так не получишь жизнь. Только бледное, тусклое подобие этого света, который ты ищешь в живых. Умри. Дойди до края - и ты сможешь вернуться, и родиться, и жить снова. Как человек.
Девушка покачала головой.
- Платить. Любить. Мой.
- Если ты не хочешь жить, как человек, ты умрешь, как нежить.
Агнешка резко махнула рукой, словно ставя между собой и девушкой невидимую стену.
- Не подойдешь. Не заговоришь. Не увидишь. Не коснешься.
На глаза мёртвой навернулись слёзы, и она в мольбе прижала руки к разорванной груди.
- Не живого. Как солдату. Пустое тело. Пожалуйста.
Сложно быть жестокой - но только первый раз. Все призраки такие: просят, пытаются разжалобить, угрожают, атакуют. И между этими состояниями - миг. Агнешка была уверена: стоит ей сказать "нет", и мертвая девушка перестанет быть милой. Она молча дернула Тайга за собой, заходя в окно. Оно захлопнулось, отрезая покойницу от Алана окончательно.
Покойница покачала головой, повернулась и медленно, медленно зашагала по воздуху прочь. По мере того, как она удалялась, кошмарные раны таяли, а фигура делалась всё более призрачной - и наполнялась странным сиянием.
Уходила она не вниз, в Шеол. Вверх.

+1

48

Ветка полыни вернулась на подоконник. Агнешка наклонилась к Тайгу.
- Советую тебе подумать, так ли ты сильно хочешь быть здесь. Вот она все правильно поняла. И больше не страдает. Ты не только его мучишь, но и себя.
- А ты что предлагаешь? - вызверился Тайг. - Ишь ты, нашлась умная. Сама-то никуда не пошла небось.
- Шшш, - она прижала палец к его губам, и Тайгу показалось: она может отобрать голос одним поворотом кисти. - Не разбуди их. Я не могу уйти. А ты - можешь. Там не страшно. Боль уйдет. Ты боишься?
- Они все меня найдут, - прошептал Тайг. - Все, все меня найдут.
- Кто?
Она и так догадывалась: все его жертвы. Тайг не был кровавым маньяком. Он даже не был психопатом. Просто война, как обычно, все списывает и все разрешает. Убивать тяжело только в первый раз. Бросать бутылку с зажигательной смесью. Устанавливать взрывное устройство. Смотреть сквозь прицел. И знать, что там - люди. В первый раз руки дрожат. Потом это становится работой. Да - грязной, иногда неприятной. От нее устаешь. Но это просто такая работа. А людям вроде Тайга она придает значимости: для людей по ту сторону прицела ты почти что бог. Захотел -  убил, захотел - помиловал. Или вместо жизни взял что-то еще: страх, боль, кровь. Насладился паникой в глазах, стонами и криками. Весь мир держал в липкой от крови руке - и взял его, не колеблясь.
- Гражданские. Дети. Все, кого я не... должен был. Девки. Все, - ефрейтора трясло. - Если я пойду дальше, они меня найдут. Мне нужен Моран, понимаешь? Мне нужно его тело, чтобы спрятаться.
- Но его я тебе не отдам.
- Я не могу идти дальше! - взвыл О'Лири. - Я не могу на тот свет! Не могу!
- Прекрати истерику, - ошейник чуть сжался. - И это все, чего ты хочешь? Прятаться целую вечность? Но у них - тоже вечность в запасе. Рано или поздно они до тебя доберутся. И не успокоятся, пока не раздерут на части.

+2

49

- Лучше поздно, чем рано, - огрызнулся ефрейтор. - Думаешь, я не знаю, что меня ждёт ад?! Думаешь, там не в курсе, что я не раскаялся? Нет уж, Тайга О'Лири на дурачка не взять!
Агнешка невесело рассмеялась.
- Раскаиваться ты, конечно, не хочешь.
Тайг покачал головой.
- Я не Студент.
- И?
- Раскайся я, и окажусь там же, где он. Нет уж. На хуй. И вообще, - призрак снова взъярился, - в чём мне раскаиваться? Я просто выполнял приказы!
- А где он? - полюбопытствовала она. - Знаешь, Тайг, если бы ты не трусил, если бы не пытался натянуть на голову одеяло и заявить, что это все монстры, тебе бы это зачлось. Ведь теперь монстр - это ты. Этим-то вы и отличаетесь: Студент знает, что сделал, и не отрицает этого. И ты знаешь. Приказа можно ослушаться. Можно выполнить. Но если ты выполнил его с удовольствием, то, по крайней мере, признай это.
- И дальше что? - оскалился О'Лири. - Да хоть во что верь, ни хера хорошего меня не ждёт. Студент та ещё институтка; он и экзорцировать себя просил ходил, и знаешь, чё ему сказали? Исправь, что сделал, и обрати свою силу во благо, а так-то не в тебе бесей никаких. Вот он и это. К кошкам, блядь. Наркош режет. Баланс покрывает, сука. А у меня даже тела нет, баланс покрыть!
- Покрывает ли это баланс - сложный вопрос. Особенно с наркоманами. Режет, говоришь?.. А как бы ты покрыл баланс, будь у тебя тело?
Тайг, судя по всему, и в самом деле крепко задумался.
- Не трогал бы Мика Прайса! - вдруг выпалил он.
Агнешка задумчиво подперла подбородок кулаком, глядя на О'Лири так, словно он был любопытным научным образцом.
- Кто он?
- Никто, - буркнул призрак, - неважно. Сука он. Я из-за него в Африку сдристнул. Сука.
- А ты расскажи.

0

50

И О'Лири, бессмысленно матерясь и заламывая руки, рассказал.
...Мик Прайс, пятью годами его старше, был презираемым всеми тинкером - цыганом, накером, тревеллером, как угодно - из трейлерного парка недалеко от Дерри; где, на самой границе с протестантской стороной, жил и не тужил юный гопник Тайг О'Лири. Впрочем, тогда ещё О'Лири гопником не был, а был сопливым пацаном с неровно обритой башкой в пятнах зелёнки, самозабвенно гонявшим мяч на пустырях и даже ещё не выпившим свою первую пинту.
С Миком Прайсом они дружили. Щуплый невысокий Прайс не кичился разницей в возрасте, а в дворовый футбол играл как сам чёрт; ещё он знал туеву хучу страшилок и вообще, наверное, был несколько странноватым. Но по мере того, как малыш О'Лири завязывал то, что представлялось ему социальными связями, эта странная дружба, чем-то похожая на инфернальный магнетизм Алана по отношению к, примеру, верному Рыбе, давала течь, и наконец потонула - как-то сама по себе. Даже тот факт, что и Тайг, и Мик вскоре одновременно отсидели в колонии для несовершеннолетних (Тайг за траву, Мик - за драку с тяжёлыми увечьями), их не сблизил. А окончательно крест на связи, бередившей в простой, но не пропащей окончательно душе Тайга нечто хорошее, был поставлен тогда, когда бухой пятнадцатилетний О'Лири с десятью дружками крепко избил шестерых тинкеров.
Среди которых оказался и Мик Прайс.
Прайса забрали в больницу Святого Сердца. Когда его выписали (а Тайга выпустили под залог), лагерь тинкеров снялся с места и перебрался на юг - вглубь республики. Но перед тем, как навсегда покинуть Дерри, Мик Прайс остановил Тайга на улице.
Небольшой, жилистый и невзрачный, он (что было нетипично для тинкера) в свои девятнадцать всё ещё не был женат, и слухи о нём ходили самые странные.
- Не ссы, - сухо улыбаясь одними губами, сказал он, - бить не буду. Ты мне одно скажи, Тайг - неужто не стыдно?
- Не-а, - сказал, побагровев до корней волос, Тайг, которому, конечно же, было стыдно, - не стыдно. Да и шёл бы ты на хуй вообще.
- Ну вот и хорошо, - покладисто согласился Мик, - тогда на тебе от меня подарочек.
И с этими словами Прайс плюнул Тайгу в лицо и раздельно, чётко произнёс:
- Не стыдно - так и не будет.
Развернулся и ушёл.
Дальше было многое. Мик Прайс, по слухам, примкнул к ИРА, но не к той ИРА, а к другой ИРА, или вовсе даже не к ИРА, а к ОШИРА, или ИНРА, или ИАКР, или ещё кому - и Тайг, предсказуемо промышлявший мелкой наркоторговлей, всё ждал пули от друга детства, но ничего подобного не случилось, а вскоре и о Мике Прайсе перестали доходить слухи - даже самые фантастические.
А в О'Лири и вправду будто бы бес вселился, и когда в возрасте 21 года он изнасиловал и, до смерти перепугавшись, забил потом до смерти девицу, с которой они вместе нажрались на танцульках в клубе (хотя девица и сама была не прочь), ему по-прежнему не было стыдно. Зато мозги в кои-то веки заработали очень хорошо, и, прихватив общак, Тайг дёрнул наудачу в Африку, рассчитывая затеряться.
Взять такого в XLS, конечно, можно было только по большой пьяни. Но вот этого-то на тот момент Студенту уже было не занимать, и так О'Лири получил лишние четыре года жизни.
И кучу неприятностей.

+2

51

- Чёрт, - сказала Агнешка, все с тем же интересом естествоиспытателя глядя на злополучного О'Лири. И этот, значит, выпал из гнезда и прямо на голову. Такой он был жалкий и трусливый, и все равно теплилась в нем какая-то искра. И эта искра не давала ей убить его - или отправить туда, куда ушла жертва теракта.
- Слушай, - вдруг с интересом изрёк О'Лири, - так это ж, по ходу, не Студент виноват. Это всё Мик Прайс, сволочь.
...Или все же убить. Нет, однозначно: его надо было оставить для науки как великолепный экземпляр. Так тщательно убеждать себя в том, что в твоих бедах виноват кто-то другой, могут только люди.
- Тайг. Ты, блядь, такой же одаренный, как Студент. Нашел-то ты правильно. Но вывод неверный.
- Хера с два неверный! - возмутился ефрейтор. - Он меня проклял, сука! У меня с тех пор это... содомические фантазии, во! И палец на курке так и пляшет. Он всё, собака! Он мою бессмертную душу спохабил!
Нет ничего хуже, чем сила, пошедшая по кривой. Например, сила любви. Даже такой. Это в книгах герои все сплошь о высоком и сами исполины, а в жизни... Тайг был мелким. И чувство было ему под стать. И тем горше: даже такое чувство он утратил по глупости.
- Ты любил его. А он, видно, тебя. Как жаль.
- Никого он не любил, - вдруг серьёзно сказал О'Лири, превращаясь на какой-то миг из отвратительного паяца в почти нормального человека. Или, верней, мертвеца. - Сказки свои старые он любил вот. Футбол. По заброшкам лазить. На кладбище какое тоже - хлебом его было не корми. А так, никто ему был не нужен, ни бабы, ни пацаны.
Ей, выросшей среди своих, никогда не было понятно: почему люди так страшатся того, что происходит с ними? Того, что совершенно естественно? Маг бы только посмеялся, услышав о "содомических фантазиях". Агнешке было грустно. Поскреби любого гопника - и даже под такой непривлекательной оберткой найдется что-то живое. Неподдельное.
- А ты? Что ты любил?
- Сказки. Сказки он мне рассказывал, мудила, - мрачно и мечтательно ответил ефрейтор, почесав след от петли. - Вот Студент понимает: херово это, когда - "Тайг, сука, то, Тайг, урод, сё"... Да мне даже сестра говорила, что я урод, блядь! Рожу-то свою видела вообще? Краше в гроб кладут, всадник на коне бледном, бляха-муха! Студента, правда, пиздили предки смертным боем, а на меня просто всем было покласть. А этот, блядь... Пойдём туда. Пойдём сюда. Вишь, там над рекой баба стоит, красную юбку моет. По-человечески прям. Хоть и тинкер ёбаный.

+2

52

Агнешка молча кивнула. Протянула руку, погладила Тайга по голове.
- Мы с ним под конец, - уныло протянул Тайг, не замечая прикосновения, - сидели на пустыре как-то. Ну, когда всё уже это... по пизде пошло. Не словами ещё, но почти. Он пьяней был, чем я. А у меня это самое... заначка из кармана того, выпала. Так он как увидел, как по роже мне дал, и всё. Слабо так дал уже, смотрю, чуть не плачет. И зло меня такое взяло: как на мразь на меня какую смотрит. Ах ты тинкер грёбаный, говорю. Ты на кого бычишь, говорю. Ты что о себе возомнил, бля, говорю. Ну и всё, блядь.
- И все?..
- И всё, - кивнул Тайг. - Ну я видел его, но мы не здоровались. А потом пацаны говорят - охуели совсем, говорят, пошли, потреплем их немного. А он чокнутый, не как Студент, а по-своему. Ну вот и влез.
- И ты его избил.
- Я его убил, - с мрачной гордостью ухмыльнулся Тайг. - Ну, почти.
- А он?
- Ну и он меня в ответ, будто мы незнакомы, на хуй. Только я выше, ну и сильнее был. А потом он меня нашёл. Ну и проклял, сука.
- И ты себя проклял, - согласилась Агнешка. - Ты-то себя не простил.
- Это он меня проклял, - завопил О'Лири, - он! Мне похуй, ясно? Проклятый я! Мне на всё насрать!
- На все?
Что проклят, то проклят: у ирландцев, с учетом специфики, процент латентов выше, а умение пользоваться зачатками магии само собой не отрастает. Вот тинкер этот кое-что смыслил. А бедолага Тайг даже не знал, какое именно правило техники безопасности он нарушил.
- Ясен пень! - выпятил грудь О'Лири. - Вот ваще на всё! Даже на Студента, - задумчиво выдал он, отчаянно скребя странгуляционную борозду, - по ходу.
И на Студента, значит... Да, Тайгу определенно не везло в личной жизни. Он умудрялся раз за разом выбирать людей, которые не могли дать ему то, что ему было нужно. Или, для разнообразия, то, что он хотел.
- И на себя?

+3

53

- А чё я-то, - встал в глухую оборону О'Лири, - чё я-то сразу? Ты у Студента спроси лучше, чё он сначала нормально со мной, а потом тоже как сволочь! Как бухой так сразу - Тайг да Тайг, а как проспится - "ефрейтор то, ефрейтор сё, почему не готово, сука, да почему не сделано, блядь!"
- Ну, это ты у него спроси. У вас времени много.
- Вот ещё, - обиделся Тайг, - я с ним больше не разговариваю. Я к нему в Дарфуре подхожу как-то - чё ты, говорю, смурной-то такой. Может, поговорить надо, чё-как. А он смотрит сквозь меня и такой: боец Уши, говорит (это погоняло было у меня, Уши), Уши, говорит, я вас просил без мыла в жопу лезть? Никак нет, говорю. Вот и пошёл вон отсюда, говорит. Я говорю, чувак, говорю, ты чё, говорю. Ты ж мне жизнь спас, чувак, говорю. А он, - голос Тайга странно изменился, - глядит да глядит, глаза серые-серые. Как вода. Мы воды-то не видели хрен весть сколько уже. Глядит и говорит: я те чё сказал? Пошёл вон отсюда, уёбище, нихера-то ты не умеешь. А потом меня вот оно что, - О'Лири щёлкнул себя по горлу, - убили. Сволочь.
- Сволочь, - согласилась она. - Но ты все равно поговори. И вообще - живи, Тайг. Тело не дам, это, вообще-то, уголовное преступление. Но изгонять не буду. То, что я на тебя надела... Словом, голодать не будешь. Студента есть нельзя, у него с головой нелады. А мне не жалко.
- С головой, стал-быть... - задумчиво протянул О'Лири. - Слушай, - с надеждой вскинулся он, - а у него нет от этого, я не знаю, ну, содомических стремлений? Может, гореть ему в аду? А? А?
- Гореть, конечно, но вряд ли за это. Хрен его знает, он от содомитов тоже бегает, как от огня, - хмыкнула Агнешка. - Уж не знаю, боится за свою честь или как.
- А ещё он не жрёт нихрена, - грустно сообщил Тайг. - Вы уж кормите его. Я ему кус-кус делал. Это жрёт.
И с этими словами призрак ефрейтора взмыл под потолок и застыл там, о чем-то крепко и нехорошо задумавшись.
Агнешка почувствовала себя предводителем потерянных мальчиков. Ну что еще с ними делать... Любить, кормить, никогда не бросать?
- Ничего, мы ему и работу нашли, и голову полечим, и кормить тоже будем, конечно. Его - и тебя.
Вряд ли это имело значение для О'Лири, но перед тем, как уйти, она подплыла к нему и поцеловала в лоб, такой он был разнесчастный.
Волчонок застонал во сне. Агнешка обняла его. Как же им повезло найти друг друга. Найти - и всегда быть вместе, всегда знать, что тебя любят, всегда находиться на кратчайшем расстоянии из возможных. Всегда.

+2


Вы здесь » Легенды Старого Кракова » Игровой архив » Милый котик, мягкий котик, меховой клубок