Легенды Старого Кракова

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Легенды Старого Кракова » Игровой архив » Старые гештальты не ржавеют


Старые гештальты не ржавеют

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

Время действия: 29 апреля 1984 года
Место действия: госпиталь Святой Марии
Действующие лица: Матеуш Шимборский, Ян Ольшанский.
Преамбула: отряд Сокола нарвался на стаю злобной нежити и теперь лечится в больнице. Там же происходит встреча старых знакомых.
Краткое содержание: Обменявшись мнением о методах лечения, обращения с опасными артефактами и просто колкостями, волшебники приходят к выводу, что прервать общение было неплохой идеей. Ян в обиде, что о нем вспоминали.

Отредактировано Матеуш Шимборский (2018-10-18 22:58:12)

0

2

Это будет обычное задание, говорили они. Ничего такого, говорили они. Приедем на место, найдем тварей и всех перестреляем, первый раз что ли.
Все, кто это говорил, теперь были или мертвы или валялись на койках в больнице в очень жалели, что не умерли. В краткой информации, выданной перед заданием, сообщалось об одной замеченной мотылице, что означало на деле стайку в три, может, пять особей нежити, которую требовалось перебить, пока она не начала драть мирное население. Стандартно. Только вот на деле оживших дохлых зверушек оказалось раза в три больше. Там где-то кладбище домашних животных что ли было, что одна образовавшаяся скотина притащила за собой еще десяток? И они очень быстро добрались до людей несмотря на всю магию и отчаянные попытки их перестрелять. Слишком много целей, слишком маленький отряд. И даже присутствие волшебника не спасало, хотя он честно делал все, что мог, даже после того, как одна ловкая тварь успела подобраться и укусить за ногу раньше, чем ее пристрелили. Тогда это воспринималось смутно, хотя в какой-то момент чуть не вырвало в реальность. Нельзя отвлекаться, нельзя прервать ритуал, потому что тогда погибнут все.
Вчера думалось, что лучше бы он все-таки там сдох, чем слушать чьи-то ободряющие заверения, что ему еще повезло, в то время, как больно, плохо, трясет, тошнит и холодно-жарко одновременно. Повезло? Тем, кто остался там лежать, повезло. Им уже хуже не станет.
Сегодня так уже не думалось, хотя покусанное место противно пульсировало болью, периодически выдергивая из полудремы. Поспать толком тоже не получилось, только отключиться после того, как врачи что-то подкрутили у капельницы. Охренильно просто. Матеуш завозился, осторожно перебираясь повыше на подушке, прошипел сквозь зубы проклятие и снова прикрыл глаза. Больно. Но с остальным уже можно было смириться. Хотя теперь приходили в голову мысли, что нахрен такую жизнь и такую работу, зачем он вообще в это все ввязался? Но впереди было еще два года обязательной отработки, когда хочешь, не хочешь, а придется и рисковать своей головой и смотреть на то, как немертвые блядские твари грызут твой отряд, и кто-то из тех, с кем еще недавно перебрасывался шуточками в курилке, уже не вернется домой. Охуенные перспективы, как ни крути!
Все, конечно, там будут, но в этот раз получилось как-то особенно неприятно. Сколько вернулось? Матеуш смутно помнил подробности, только череду выстрелов, когда подкрепление, наконец, прибыло, шипение оскалившихся мотылиц, и собственную мысль, как бы не отключиться сейчас, еще нельзя, еще рано. Больницу тоже помнил, хотя предпочел бы забыть, потому что к тому времени стало уже окончательно хреново. Он не виноват. Не первое задание, на котором кто-то гибнет. Он сделал все, что мог. Никто не виноват, кроме злоебучих мерзких тварей, расплодившихся в целую стаю. Гребанное неудачное стечение обстоятельств, плохой день. Нихрена это не успокаивало. Вот ни на сколько.
Где-то неподалеку, за дверью, раздавались голоса, шаги, кажется, они даже приближались, но реагировать на это волшебник не спешил. Как и подавать хоть какие-то признаки жизни.

+1

3

Ян уже собирался домой, когда их привезли. Подхватил сумку, запихнул в нее перчатки - улицы дышали совсем майским теплом, и носить перчатки казалось разумным только пожилым чопорным пани, да вот еще Ольшанскому. Но крики "готовьте третий и четвертый реанимационный блок, где маг?" заставили надежды облететь. Ян пару секунд смотрел в пол, мысленно вознося молитвы католическим небесам - может, его сменщик уже появился?
"Ольшанский!"
Ну все, дальше ждать было нечего. Ян плюхнул сумку в шкафчик, стащил пальто, схватил с полки еще теплый ритуальный балахон и уже приготовился раскрыть рот для "где мой сменщик, мать его", когда увидел проезжающую мимо каталку. Белое лицо человека на ней, закрытые глаза, синюшные губы в болезненном оскале. Темные прядки прилипли ко лбу. Ян ощутил, как у него леденеют пальцы - показалось? Или это правда Матеуш?
Каталку увезли, рассуждать было некогда. Ему уже орали, чтобы одевался. Сменщик, совсем юный выпускник Черной Горы, растерянно хлопал глазами. Ольшанский с наслаждением рявкнул ему "что стоим, за работу" и проследил, как тот убежал, на ходу натягивая мантию через голову. Она была ему велика и болталась. Выдали дежурную, наверное. Спасибо, если постирали. А сам он вряд ли догадается.
Утро встретило Ольшанского в курилке. Он засунул сигарету в рот и хмуро не вынимал, позволяя пеплу изредка падать вниз самостоятельно.
- Что там с Шимборским? - медсестра, пани Алисия, усмехнулась в ответ на его вопрос:
- Может, ты расскажешь, что у вас произошло? Ты уже год от него прячешься.
Ага. Смены просит поменять, штамм африканской лихорадки себе вкалывает, землероек-нежить на бабушкиной даче истребляет. Лишь бы не пересекаться.
- Вообще-то больше, - с закрытыми глазами произнес Ян. Он уже снял балахон и теперь, в черной водолазке и черных брюках, выглядел каким-нибудь стажером пани Курносой.
- Да жив он, что ему будет? - смешливо отозвалась Алисия, - и тебе придется им заниматься, Марек уже с ног валится.
- У нас что, больше целителей нет? Я заплачу в два раза больше обычного! - Ян закинул сигарету в пепельницу и привел решающий аргумент, - даже в три.
- Все заняты. И неужели ты хочешь, чтобы пани директор узнала, что ты отлыниваешь?
Ольшанский зажмурился. Только не это.
- Мы плохо ладили в школе. Если точнее, Шимборский обещал меня убить.
- О. Я половине класса это обещала, расслабься, - Алисия выпустила струйку дымка.
Оставалось только дотащиться до палаты Матеуша, убедиться, что он действительно в порядке, проверить остальной список пациентов и, приложив нагретое кольцо-артефакт к собственной щеке, пойти заполнять карты. Следующий обход в обед, он еще, наверное, успеет поспать. Если не произойдет ничего непредвиденного.
В обед Матеуш еще не очнулся. Уже не такой умирающий, но все еще несчастный. Ян постоял возле его койки, прижимая к груди планшет с пришпиленными к нему исписанными листками. Склонился. Завис пальцами над встрепанными волосами, как будто планировал их распутать... пригладить? Матеуш дышал ровно - он спал. Тяжелый сон, но организм уже принял ударную дозу волшебства и лекарств.
А вот ближе к ужину... спихнуть последний обход ни на кого не получилось, и Ян осторожно заглянул в палату, уже от порога зная - проснулся, но разум еще затуманен, может и не узнает его. В конце концов, со времен школы Ян изменился гораздо сильнее, чем сам Матек. Уже не было того угловатого парня с нелепой стрижкой и торчащими ушами. Без этой лопоухости особенно вряд ли его вообще кто-нибудь узнает.
- Как вы себя чувствуете? - раздался совсем рядом с Шимборским негромкий голос. А, была не была. Вдруг прокатит. Дальше выходной, а на следующее свое дежурство он уже подкупит всю больницу, чтобы сюда не ходить.
В спешке Ян совсем позабыл, что нацепил халат Алисии с ее же бейджиком. Да и длинные рыжие волосы не помешало бы перевязать в хвост заново, а то пряди выбивались, но с этой толпой покусанных нежитью и авралом как-то не довелось.

Отредактировано Ян Ольшанский (2018-10-16 19:50:47)

+1

4

Сигареты. От вошедшего человека пахло сигаретами и еще чем-то цветочным, кажется. И от этого курить захотелось больше, чем жить. На что посмотрим, что врачи хором запретят?
«Уйди» - мысленно попросил Матеуш, волевым усилием игнорируя чужое присутствие. – «Посмотри, что там тебе надо и уйди, и без тебя тошно.»
Но вместо этого рядом раздался негромкий голос. Как он себя чувствует? Как он себя чувствует?! О, да заебись просто! А что не заметно? Хоть сейчас стометровку бегать и с демонами бороться. Нет? Не похоже? Тогда к чему задавать тупые вопросы?
Волшебник приоткрыл глаза, мельком глянув на обнаружившуюся рядом фигуру в белом. Судя по замеченному при быстром осмотре бейджику – медсестра, почему-то показавшаяся смутно знакомой. Хотя чего тут гадать – все в Соколе временами заглядывали в больницу, даже если не в качестве пациентов. Например, получить печать, что жив, здоров и годен ко всему. Может и встречались где. Сейчас напрягать память и думать не хотелось. И рассматривать тоже. Голова еще была мутной.
- Охренительно. – Заключил Шимборский, снова закрывая глаза. Помолчал минутку, и снова открыл, глядя теперь куда-то в сторону окна, за которым уже темнело. Или, наоборот, светало?
- Остальные?..
Потому что если добрались до него, значит, прошли через сопровождение. Память услужливо подсунула картину чьего-то залитого кровью тела на грязном полу и скалящуюся звериным черепом морду твари. Кто это был? К тому времени, как ритуал был завершен, возможности спросить уже не было.

+1

5

Ольшанский отследил плавающий взгляд бывшего друга и убедился, что узнавания в нем мелькнуло ровно ноль целых, ноль десятых. Халат Алисии вкусно пах ее же Очень стойкими волшебными духами, и ее же сигаретами, которые тоже были с какими-то добавками. Кстати, вот и они, в кармашке. До Яна постепенно дошло, что он перепутал их одежду, и именно поэтому чувствует эти ароматы даже когда пани медсестра бегает где-то, занятая своими делами, и наверняка с бейджем "Ян Ольшанский, целитель". Ситуация позабавила рыжего. Но халаты нужно будет поменять обратно. Хотя они часто бегали по обходам именно в том, что ближе всех висел. Так что как только Яна не звали... Но пани Алисия, пожалуй, все-таки перебор.
- Все живы, - сжалился он над Матеушем, больше занятый магическим осмотром чужого тела, чем беседой. Он и спрашивал из вежливости. Раз уж пациент очнулся... и с волшебниками Ольшанский всегда застревал дольше - сочувствовал. К обычным людям он был довольно-таки холоден. Никто не заставлял их идти работать в Сокол. А вот у него и таких же как он - нет выбора. И если Шимборского убьют, скорее всего это будет не потому, что ему так захотелось.
Рыжий улыбнулся, ставя рядом с постелью табуретку и садясь на нее. Беспомощность Матеуша теперь, когда он не мог исполнить свои страшные угрозы, веселила его. Жестокий Ян отлично сознавал, что парню плохо, но ведь он уже сделал все, что требовалось и даже чуть больше. Никогда еще он так прилежно не исполнял ритуал, как этой ночью, никогда не чувствовал столько напряжения от того, что нужно все сделать правильно.
- Курить можно будет после того, как сможете сами встать и дойти до туалета, а потом - поесть, - улыбнулся Ян, - хотите, оставлю вам пачку? Вы будете знать, что она есть и это вас немного расслабит.

Отредактировано Ян Ольшанский (2018-10-18 15:33:55)

+1

6

Живы – эхом прозвучало где-то в голове, никак не желая осознаваться до конца. Живы, вопреки всему, вопреки обстоятельствам, вопреки, кажется, даже вероятности, вопреки тому, что волшебник был уверен – вернулись не все. Маленькое торжество медицины и магии над всем остальным.
Матеуш как-то неловко, неуверенно кивнул, пытаясь осознать, так вообще бывает? Так может быть? Ему сказали правду или просто пытаются успокоить? Нет, незачем им, значит, можно разрешить себе поверить.
- Да, хорошо. – Зачем-то повторил он вслух со странным ощущение облегчения. Конечно, обычные люди в Сокол добровольно шли, и прекрасно знали, чем это может кончиться, но можно как-нибудь не в его смену? Выходило, что можно.
А ему не запрещали себе немножко навредить, только поставили условия. Стоп, что?
- Откуда вы?...
Волшебник поспешил оторваться от изучения окна и перевести взгляд на врача. А, пани целитель…Хотя написано было медсестра. И, ой - вообще не пани как бы. А на первый, невнимательный взгляд показалось иное. Даже смешно. Теперь, когда оказалось, что не все так плохо, прибитое чувство юмора снова подняло голову. И оно было явно сильнее чувства сострадания к замученному долгой сменой целителю.
- Ну если пани разрешает… - Ехидно разулыбался Матеуш, ради такого дела даже садясь повыше. Все точно жив.  – У меня в вещах своя пачка была. Вроде.
Если ее нежить не загрызла в качестве компенсации за то, что больше никого не смогла.

+1

7

"Уж если ты текст на бейджике прочитал..." - ничуть не менее злонравно подумал Ольшанский, то мог бы и заметить, что у "пани" нет ничего, что напоминало бы сиськи, да и голос откровенно низковат. Впрочем, если знать, какие тут работают медсестры... пожалуй, Ян сошел бы за одну из самых симпатичных. Та же Алисия была отнюдь не хрупкой и большеглазой милашкой. Ростом почти с Ольшанского и едва ли сильно уже его в плечах. И волосы стригла коротко, а еще могла преспокойно таскать тяжелых больных и ушатать своего соседа, когда тот в очередной раз надирался. Но трогательно рассуждала о том, как ей порой хочется сильного мужского плеча и крепкой руки. Поглядывая при этом на рыжего, отчего тот едва не давился сигаретным дымом.
Целитель сложил руки на груди с явной насмешливостью в глазах:
- Да, пани разрешает. Ваши вещи находятся на санитарной обработке. Получите их при выписке, - ага, сейчас "пани" целитель метнется разыскивать сигареты в той куче, которая набралась со вчерашней партии пострадавших. Матеуш уже видит, как Ян бежит за его куревом? Вот и Ян не видит, потому что бежать он не собирается.
- Если там останется, что получать, - глубокомысленно добавил Ольшанский. Что-то ему не нравилось в состоянии ноги своего пациента. Той самой, укушенной. Некроза, вроде бы, удалось избежать, но клыки твари повредили коленные сухожилия. Сращенные магией Яна, они должны прийти в норму, но пока все продвигалось слишком медленно. Должно было быстрее.
- Я посмотрю вашу ногу, - пан умник, подумал про себя рыжий. Шимборский был таким, каким он его запомнил, и все же не таким. И, черт подери, называл его пани. Забавная ситуация, но Ян согласен потерпеть все эти ретивые попытки зубоскалить, лишь бы не узнал его. Штаны на Матека не надели, только белье, так что, откинув одеяло, Ольшанский получил возможность лицезреть пострадавшую конечность. Плотная повязка, бледная воспаленная кожа.
- Назначим вам курс уколов... - что-то записал, покусывая губу и поглядывая на ногу. На самом деле можно было и не трогать одеяло. И, наверное, обойтись таблетками. Но нечего было называть его пани. Да и подстраховаться не мешает.
- Полежите у нас неделю и отправитесь дальше на подвиги. Мотылица перекусила коленные сухожилия, они срастаются медленно. На ногу пока наступать нельзя. Вам принесут костыли. И, если что, не стесняйтесь, вызывайте кого-нибудь, чтобы пройтись в уборную.
Абсолютно серьезным тоном.

+1

8

Кто же знает местных пани? Конец двадцатого века, всякое случается, так будем же толерантны и понимающи! Хотя скорее всего кто-то в запарке перепутал халаты, но не подколоть слегка по этому поводу рыженькую пани было нельзя.
Правда, чувство юмора целителю явно не завезли. Или завезли, но исключительно хреновое.
Вещи вернут при выписке, значит? Волшебник уже заметил, что привычный, ставших уже почти родными амулетов при нем не было. Разумеется все сняли, и запрятали подальше. Конечно. У них ведь инструкция такая.
Матеуш вздохнул, привычно принимая вид того самого мрачного колдуна, которого вечно вызывают на всякий пиздец, а тут приходится разговаривать с гражданским, который не понимает.
- Пани, блять, как вас там на самом деле, - Проникновенно начал Матеуш, что как-то вообще не вязалось ни с его видом, ни с тем, что он вообще-то еще ранен и сидит перед целителем в одних трусах. Да похрен. - Вы вообще представляете, что в тех артефактах? Если кто-то из ваших умников их случайно активирует, у вас полбольницы пожрут.
Вот в этом уже не было ничего смешного, он говорил абсолютно серьезно. Ладно еще защитные амулеты, ладно вспомогательные, хотя там тоже хватало сюрпризов, достаточных, чтобы занять местный персонал еще на пару сверхнормативных смен. Но там были и те, в которых сидели духи.
И кажется, рыжий целитель вообще нихрена не понимал, с кем связался. Он же волшебник? Ну вот пусть займется своим делом, а не рассуждает о том, что полежите недельку, восстановитесь.
- Оставите меня на неделю, придет мое начальство, и перекусит что-нибудь уже вам. - Добил Шимборский. Какую неделю?! Да кто им даст столько отдыхать? - Так что работайте быстрее.

+1

9

Пока Матеуш договаривал, Ян приказал себе сидеть спокойно и мысленно считать до десяти. У человека стресс. Не надо ему еще добавлять. Даже если хочется оторвать ему голову, все равно не надо. Не в первый и не в последний раз Ольшанский слышит, как на него рычат на работе. Когда фонтан разгневанного красноречия Шимборского иссяк, целитель примирительно произнес:
- Это госпиталь Сокола, сюда часто попадают волшебники. Все артефакты в надежном хранилище, вам их вернут и никто не собирается их трогать. Здание охраняется общим защитным контуром, а на вашей палате есть еще и дополнительный его компонент. Никаких ритуальных предметов в палатах иметь нельзя, таков общий устав больницы. Здесь постоянно работают целители, и всякая атрибутика для взаимодействия с миром мертвых... - Ян развел руками, показывая, что ну никак не сочетается. И рванет скорее уж от того, что Матеуш притащит сюда весь свой магический хабар. И еще своих призраков. Вот уж чего точно не хватало госпиталю Святой Марии, так это выводка призраков.
- И рекомендую тебе не выпендриваться... - прошептал Ян тихо и со злорадным удовольствием, склоняясь ближе к бледному и очень негодующему Шимборскому, - ... в дальнейшем. Если бы ты сам работал быстрее, пока та срань отгрызала тебе ногу, я не сращивал бы твои сухожилия до рассвета.
И, в упор поглядев на мага колючим зеленым взглядом, извлек из кармана картонку спичек и полупустую пачку пахнущих чем-то ядовито-сладким тонких сигарет Алисии. Зажал в пальцах, повел рукой перед лицом Матеуша перед тем, как разжать пальцы и уронить поверх одеяла. Потом купит ей другие. А пока, пусть пан волшебник ни в чем себе не отказывает.

+1

10

Правильно, у человека стресс. И глаз начинает дергаться, когда человек слышит о том, что кто-то считает, что может обеспечить надежное сохранение артефактов со всем содержимым. Сказать, где самое надежное место для таких вещей? На их владельце! А иначе он становится нервным и начинает шипеть на всех подряд, а это тоже опасно. Опаснее нестабильной клетки для призраков даже. И нервы треплет. Потому что.
Пока пани целитель, который не пани нихрена, высказывался, Матеуш его разглядывал. Наглости-то сколько! Отчитывает, старается, а сам похож на вчерашнего выпускника. Рыжий, растрепанный и возмущенный. Даже забавно, если бы не бесил пан-самый-умный-доктор в округе.
Через секунду, он был готов забрать свое мнение обратно и официально заявить, что передумал, и целитель бесит целиком и полностью. Особенно этот снисходительный тон, шепот, наглый, совсем не по уставу, жест с брошенной пачкой. О, так все-таки не показалось, что-то знакомое в этом человеке. Не случайно он так бесит.
- Да неужели? – Прошипел Матеуш в ответ, рывком перехватывая протянутую в свою сторону руку за запястье и не позволяя отстраниться. - И кто это мне говорит? Эксперт, который боялся темноты, призраков и даже мышей, м?
От быстрого движения и сместившегося центра тяжести на секунду дернуло болью и мелькнула россыпь темных мушек перед глазами. Стоило моргнуть, они пропали, момент не был упущен.
- Знаешь, я думаю, они не всех тварей там перебили, - Поведал он, подаваясь ближе, - Хочешь, поймаю и притащу тебе одну, а, пан Ольшанский?

+1

11

Лицо рыжего приняло вначале недовольное, а потом и немножко напуганное выражение. Он все-таки спалился! Матек узнал его, но как? Ничем он сейчас не напоминает себя прежнего, разве что чертами лица, но и они у Ольшанского неуловимо изменились из-за того выражения, что чаще всего носили на себе. В школе это была настороженная усталость, что-то от дикого зверька, которому необходимо выживать, а сейчас перед Матеком был совсем другой Ян - домашний, ухоженный и самоуверенный донельзя.
Он даже не выглядел изможденным после суток на ногах, да и не чувствовал ничего подобного. Надо было держать себя в руках до конца, но искушение цапнуть в ответ было слишком сильным. И привычные шаблоны поведения тут же прорезались несмотря на неподходящее место и время. Ой, что с Яном сделают за потасовку в больнице! Страшно и подумать. Но никакой потасовки не будет, пытаться вырваться Ольшанский не стал, когда оказался совсем рядом, глядя Матеушу в лицо. Страх уже сбежал из зеленых глаз, теперь Ян только усмехался и все. Мол, неужели и правда притащит? Ай-ай, как нехорошо устраивать охоту на беззащитного целителя, совсем не боевого, который не способен дать настоящий отпор злому хозяину духов.
- Ты еще демонолога найми, раз так меня ненавидишь, - ответил ему Ян, потихоньку отстраняясь обратно. Отчего-то такой близкий контакт с Матеушем был гораздо неприятнее, чем когда-то. Точно. Это потому, что Матек действительно хочет его убить! По крайней мере, эта зловещая аура буквально расплескивалась по палате от него. Пальцы на запястье ледяные, держит крепко, и взгляд такой... Шимборский тоже изменился. Он реально стал пугать.
- Пан-я-порезался-о-бумагу-когда-делал-домашку, - вымучил Ян нахальную усмешку, - отпусти.

Отредактировано Ян Ольшанский (2018-10-17 14:03:39)

+1

12

Вот именно тем, что не удержался цапнуть в ответ, Ян и спалился. Промелькнуло что-то такое в выражении лица, знакомое еще со школьных времен. И что, что они последние годы перед выпуском не пересекались? А кое-кто, кажется, даже специально держался подальше. И был бы пан целитель и дальше такой вежливый и приличный. Может, осознание, кто это, до Матеуша дошло бы только к завтрашнему утру.
У него холодные руки? Зато Ян сейчас казался, наоборот, теплым, и куда более живым, от того не хотелось отцепляться сразу. Не только потому, что просьба звучала как-то совсем не убедительно.
Раз. Два. Разжать пальцы, разрушая даже намек на контакт.
- Много чести будет. – Хмыкнул Шимборский, возвращаясь обратно на подушку. Сидеть, когда под спиной была  хоть какая-то опора было значительно проще. – О, ну давай вспомни, кто еще как в школе косячил. Это было десять лет назад.
И где-то одновременно с этими словами волшебник подтянул одеяло обратно. Становилось прохладно. Да и одно дело сидеть в таком виде перед абстрактным врачом, и совсем другое… мда.
Все они изменились со школы. И, наверное, не в лучшую сторону. Сложно остаться таким же восторженным вчерашним студентом, когда успел увидеть некоторое дерьмо. Или когда тебя нежить регулярно пытается пожевать. Успешно-то только в этот раз, но пытается регулярно. И когда знаешь, что скрывается за изнанкой мирного городка. Как-то переосмысливаешь после этого все. В том числе и старые обидки.

+1

13

На него не собираются кидаться прямо тут? Это, в принципе, было очевидно, и Матеуш даже его отпустил, пусть и с явной неохотой. Вампирский голод до чужого тепла... неудивительно после таких ран, и, похоже, пан хозяин духов слишком во многом себе отказывал? Например, в каком-нибудь более живом общении, чем его призраки.
Ольшанский убрал руку и сложил обе на груди. На коже остался невидимый оттиск холодных пальцев. И что такого в том, что одеялко с Шимборского стащили? Картина, конечно, интересная, но все это Ян видел не только в школе, но и ночью, когда Матеуша привезли, и тогда никаких трусов на нем не было. Ладно, не станем ему напоминать о том, что целитель это просто целитель, и ничего ужасного в подобных вещах нет, даже если они знакомы.
- Правда? Я мог бы быть польщен, - протянул Ян, глядя, как Шимборский пытается угнездиться и устроиться в одеяле. Задирать его теперь, когда он снова выглядел обессиленным и больным, было как-то не спортивно.
- Вообще-то я прятался от тебя с того самого момента, как ты появился в Соколе, - почему бы не побыть откровенным для разнообразия? Жаль, закурить нельзя, Матеушу станет нехорошо. Да и нарушеньице. Еще одно.
- Но теперь это немного бессмысленно, так что выздоравливай и я к твоим услугам. А пока мне будет приятно, если ты не станешь создавать нам проблемы.
Как любой чертов маг, считающий себя самым умным. И, попадая в госпиталь рваными-помятыми, все как один, очухавшись, не скупились на ценные советы и требования относительно своей драгоценной персоны.
- Сегодня ночью может быть немного плохо, но не слишком. Остаточные последствия - беспричинный страх, чувство покинутости, депрессия. Впрочем, все эти ощущения частенько возникают у всех, кто работает в Соколе, - Ольшанский усмехнулся, - просто примешь снотворное.

Отредактировано Ян Ольшанский (2018-10-18 00:01:00)

+1

14

А вот не надо быть таким всезнающим, даже если ты целитель и можешь без проблем проанализировать состояние чужого организма во всех подробностях и выдать авторитетное мнение, чего кому в жизни не хватает. Общения живого с людьми? Да о чем с ними общаться-то? Они вот тут общаются. Уже успели друг на друга нашипеть и взаимно испортить настроение. Стоит оно того? Да как-то скорее нет.
Вот и сейчас вместо общения продолжались взаимные подколки и внезапные заявления.
Он… что? Вот это самое «что?» грозило проявиться сейчас на лице Шимборского такими большими буквами, что бесполезно было скрывать. Серьезно? Прятался? С того самого момента? Да ла-а-адно.
- Я что, такой страшный? Польщен. – Хмыкнул Матеуш, вопреки замученному виду изображая усмешку. Интересно, а насколько обидным будет сказать, что он и думать забыл о том, что где-то есть вот это рыжее существо? Что был слишком занят своими делами? Предполагал, что распределили куда-то, конечно, что в тот же город, да еще и практически в ту же организацию – вот это совпадение!
- Не думал, что ты где-то здесь. Точнее, - Мстительно добавил волшебник, - Зря дергаешься, я о тебе вообще не думал.
И с примерным видом покивал на пожелания не создавать проблем. Конечно-конечно, судьбу артефактов они уже выяснили, осталось только вылечиться и покинуть эти гостеприимные стены. Разве это не в интересах Яна – сделать так, чтобы он выписался побыстрее и не маячил тут?

Отредактировано Матеуш Шимборский (2018-10-18 01:50:13)

+1

15

В интересах Яна - чтобы господин маг смог полноценно оказаться обратно в строю, а не приковылять с тростью. Может быть, это смотрится довольно круто, но на деле хромота пиратского капитана без одной ноги еще никому в бою не помогала. Так что не выпендривался бы пан... ах да, это Ольшанский ему уже говорил.
"Зря дергаешься, я о тебе вообще не думал". вот как значит, да? Рыжий покосился на Шимборского при этих словах с долей недоверия, но обиды в этом взгляде было больше. Как будто сейчас обернулась пшиком еще какая-то часть детских иллюзий, и прямо в этот момент Ольшанский немножечко повзрослел.
О нем правда не вспоминали? Но разве такое возможно? Ведь они... сомнения мелькнули на лице Яна и пропали. Видимо, можно, и видимо он один считал их порушенную дружбу чем-то важным? А Матеуш просто пережидал, пока их выпустят, и "дружил" только из необходимости? Как "дружат" запертые в одной камере преступники или соседи по коммуналке. Вежливо улыбаясь и перекидываясь словами о погоде именно потому, чтобы не создавать проблем.
- Не верю я тебе, Шимборский, - протянул Ян, - когда не думают и забывают, так не шипят, увидев снова...
Старые чувства не всегда ржавеют. Но Матеуш не узнал его, и вообще-то называл пани! Здравый смысл подсказывал, что самое время оскорбиться и не разговаривать еще лет десять. Или больше. Вот так он и поступит, пожалуй.
- Пока, Матьяш. Завтра ты получишь другого целителя, - без обиняков заявил Ян. Чего бы это ему ни стоило! И, поднявшись со стула, направился к дверям.

+1

16

Обиделся? Похоже, что так. На то, что его светлейшую персону не вспоминали ночной порой, когда особенно тоскливо, или даже недобрым словом? Ну так в мире и других вещей хватает, чем можно голову забить. Особенно, когда ты уже не в школе. Работа, например, хрень всякая, вредные привычки, другие люди… И узнать, проходя случайно мимо… Да Ян сам себя в зеркале узнает? Вот уж кто действительно сильно изменился за лето.
- Собираешься и дальше от меня прятаться? – Поинтересовался Матеуш уже у закрытой двери, что не оставляло шансов получить ответ. Видимо, собирается. Ну – решил волшебник, сползая вниз по подушке, - кто он такой, чтобы навязываться. Точно не какой-нибудь мстительный дух, даже если похож. Даже если и ощущает себя слегка дохлым.
Не верит, надо же.
Они дружили когда-то. Раньше, давно, еще в школе. Тогда дураций рыжий Ян казался странным со своим доверием к людям и рассказами о доме. Так не бывает, ты все придумываешь, хотелось сказать ему, но почему-то Матеуш так и не сказал. Может и бывает. У кого-то другого. У нормальных людей бывает дом и семья, где можно бояться призраков, а не искать в них компанию получше окружающей. Они были совершенно разными, но оказавшись в Черной Горе, где различия намеренно стирали, в одной возрастной группе, как-то ухитрились сойтись. А потом разбежались по своим дорогам, разве не так оно обычно и происходит? У нормальных людей.
Ладно, ну его к черту, решил Матеуш, мысленно продемонстрировав закрытой двери средний палец, у него тут есть важно дело – надо ожить. А с этим рыжим он потом разберется, что делать. Или не разберется. И все-таки, надо было все-таки скормить его призракам еще в школе. Во избежание таких вот встреч и неловких разговоров.

Конец

Отредактировано Матеуш Шимборский (2018-10-18 20:56:58)

+1


Вы здесь » Легенды Старого Кракова » Игровой архив » Старые гештальты не ржавеют