Легенды Старого Кракова

Объявление







      






Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Легенды Старого Кракова » Игровой архив » Как постирать "черепаху"


Как постирать "черепаху"

Сообщений 1 страница 23 из 23

1

Время действия: 10 июля 2015, 17:30
Место действия: на съезде с Краковского моста
Действующие лица: Анджей Соболевский, Адриана Ольховская.
Преамбула: Внезапно начавшийся дождь в час пик - что может быть хуже?
Краткое содержание: Соболевкий попадает под фуру и просит номер телефона у красивой медсестры. Медсестра, как ни странно, номер дает.

0

2

У Соболевского почти никогда не получалось уйти в пятницу с работы вовремя. Не задерживаться до ночи с отчетами, не паковать оборудование для работы в выходные и не шататься невесть в каком районе Кракова на очередной операции, а выйти из отдела, как все нормальные люди, в пять вечера и отправиться ради разнообразия отдохнуть. Эта пятница была днем настолько редким, что у агента на нее были большие планы, начиная от посещения стрельбища и заканчивая баром после.
   Анджей подъезжал к Краковскому мосту, когда погода преподнесла сюрпризец в виде дождя.
   Этого еще не хватало, - подумал агент сбрасывая скорость до 70 км в час. Первые пять минут дождя были самым мерзким временем для любого водителя, а уж для мотоциклистов тем более. Асфальт становился скользким, как лед, так что малейшая ошибка грозила мотоциклисту долгим полетом с непредсказуемым результатом.
  Соболевский уже миновал мост, когда выворачивавший с Надвисланской грузовик занесло на мокрой дороге. Фургон остановился, перегородив всю полосу, и заглох. Агент попытался уйти от столкновения, объехав грузовик слева. Пусть по трамвайным путям, впритык, лишь бы не размазываться по борту грузовика. Расстояние вполне позволяло уйти.. Точнее позволило бы, если бы не проклятый дождь.
   Мотоцикл вильнул влево, его повело. Не успевая выбраться из седла, Соболевский вместе с байком полетел на асфальт.
   Метров тридцать скольжения - и мотоцикл на приличной скорости влетел задним колесом аккурат под грузовик. Анджея по инерции швырнуло дальше и впечатало затылком в заднее колесо машины так, что агент отрубился не успев подумать ни о чем.

0

3

Нынешняя пятница отличалась поразительным - даже подозрительным, пожалуй, - спокойствием: после полудня не было ни перепуганных мамаш, убеждённых, что их чада помрут от избытка чипсов в организме, ни старушек, попутавших препараты и вознамерившихся отбыть в мир иной, ни главврача, распекающего своих нерадивых подчинённых за какую-нибудь незначительную мелочь. Ни вызовов, ни воплей - тишина, покой и благолепие, в такой обстановке идеально перечитывать учебник по фармакологии и думать о прекрасном.
- Спящие красавицы, поработать не хотите ли? - Вопрос диспетчера вызвал скорее недоверчивое любопытство, чем раздражение: неужто люди вспомнили, что с ними может случиться рандомное ЧП? Бригада - врач, успевший подремать на честно отбитом у коллег детективчике в мягкой обложке, два фельдшера и санитар-водитель, - с заметным энтузиазмом потянулась к выходу из комнаты отдыха, на ходу дослушивая вводную: - Там на Краковском мосту какой-то гонщик-любитель поцеловался с грузовиком.
Диспетчер - пухленькая рыженькая дама неопределённого возраста, работающая в этой должности столько, что иной раз казалось, будто она на этом месте и родилась, - имела забавную привычку при наличии времени сопровождать каждый вызов собственной характеристикой. Судя по тому, что на этот раз она ограничилась кратким сообщением о произошедшем, бригаде стоило поторопиться. Ну, или кто-то ещё позвонил.
Ехали в относительной тишине, разве что водитель неразборчиво мурлыкал под нос какую-то мелодию, да барабанил по крыше усиливающийся дождь.
- Самое то, чтобы разъезжать на мотоцикле, - первой выпрыгивая из машины на мокрый асфальт и набрасывая на голову капюшон куртки, уныло пробормотала Ольховская. Вокруг грузовичка, перегородившего левую полосу, суетились полицейские, поблизости маячил эвакуатор, рядом с которым курили двое мужчин; машины медленно ехали по правой полосе, аккуратно огибая образовавшийся затор. - Классика, чтоб её.
- Девочки, работаем, - выбравшийся следом врач заботливо подтолкнул младшую коллегу к месту происшествия. И то верно - под грузовиком, наверное, не слишком приятно лежать: холодно, мокро, твёрдо. - Одна под грузовик, вторая в кабину. Не спать, мухи осенние!
- Осенние мухи кусачие, - не удержалась от замечания Адрианна под согласное хмыканье второго фельдшера. Лезть под грузовик, разумеется, пришлось именно Ольховской - напарница шустро ускакала на поиски водителя грузовика, не оказавшегося в кабине.
Пострадавший номер два - тот самый мотоциклист, о котором говорила диспетчер, - смирно лежал под фургоном, придавленный мотоциклом, исправно дышал и на любителя совсем не походил. Во всяком случае, раньше Ольховской не попадались любители, уделяющие должное внимание экипировке.
У дорожников - запасливые ребята, собственный водитель о такой полезной штуке, кажется, подзабыл, - в багажнике нашёлся домкрат, по их собственным словам, способный "поднять и двадцатитонник, не то что эту мелочь". Вряд ли владелец грузовичка считал свой транспорт мелочью - всё же солидные пять тонн грузоподъёмности, а не какие-нибудь полторы, - но и они вкупе с дождём здорово попортили нервы бригаде скорой, да и полицейским тоже.
Спустя несколько минут развлечений с домкратом тело было извлечено и из-под грузовика, и из-под мотоцикла.
- Жить будет, - на глаз определил врач, аккуратно сняв с пострадавшего шлем и проверив реакцию зрачков на свет. Дальнейший осмотр показал, что мотоциклисту неслабо повезло: помимо перелома проксимальной части голени левой ноги - открытого, множественного, чтоб жить было нескучно, - и возможного сотрясения мозга - только синяки. - Грузим и на базу. Второго тоже, бережёного, знаете ли, Бог бережёт. И нехрен мне тут сказки рассказывать про лошадиное здоровье и про собак, на которых заживает!
Последняя реплика была адресована водителю грузовика, отделавшемуся лёгким испугом и рассечённой губой. Ну, и заглохшим грузовиком, который как раз эвакуатор оттаскивал на стоянку.
На погрузку ушла ещё пара минут: пока положили пострадавшего на носилки, пока перенесли в машину, пока подключили к аппарату контроля за сердечной деятельностью - на всякий случай, перестраховаться не помешает.

+1

4

Соболевский очнулся и некоторое время пытался понять, что произошло, почему все плывет перед глазами. В ушах у него звенело, в затылке пульсировала боль, на левую ногу что-то нещадно давило, а при попытке пошевелиться и вовсе потемнело в глазах так, что агент решил лишний раз не дергаться.
   Сколько времени прошло до того, как через звон в ушах стали пробиваться и другие звуки, Анджей не отследил. Суета вокруг, скрип и мелькающие силуэты перед глазами, кто-то склонился рядом и проверил пульс...
  Работа, вечер, дорога... Что было дальше?
   Агент пытался вспомнить, что же конкретно произошло, но удавалось ему это с трудом.
   Сквозь заляпанное потеками грязи стекло он заметил, как кто-то тащит домкрат.
  Дождь?
   Картина только начала складываться, как мотоцикл подняли, а агента перевернули на спину, подхватили и вытащили куда-то недалеко. Соболевский мог только шипеть сквозь зубы от боли, когда с него снимали шлем и светили в глаза.
   Он все еще пытался не отрубиться во второй раз, когда его грузили на носилки, и более менее пришел в себя уже лежа в скорой и наблюдая склонившихся над ним медиков.
  Авария...
   - Зашибись, - проговорил тихо Анджей, моргая от того, что сфокусировать взгляд ему было все еще непросто.

Отредактировано Анджей Соболевский (2016-04-19 21:22:49)

0

5

Приборы добросовестно показывали пребывание пострадавшего на этом свете, капельница подавала в вену необходимые препараты, а машина с переменным успехом продвигалась к цели – Краковской больнице скорой помощи на Святого Лазаря. В обычное время дорога занимала максимум шесть-семь минут, в дождь несчастные несколько минут грозили растянуться на полчаса при самом оптимистичном стечении обстоятельств. От проблескового маячка толку практически не было – при всём желании машины, стоящие на поливаемом дождём асфальте, не могли никуда чудесным образом деться, давая скорой возможность проехать.
- Пешком и то быстрее дошли бы, - закончив разговор по рации с диспетчером, пожаловался врач, и Адрианна была склонна с ним согласиться: за мостом, который худо-бедно удалось миновать, навигатор до самой Гжегужецкой демонстрировал сплошную пробку по всем возможным маршрутам. По невозможным, судя по доносящемуся из кабины приглушённому мату, тоже.
Дальнейшее обсуждение этого самого «пешком» – тело вместе с носилками в мешок, капельницу в зубы и бегом, благо всего-то два километра пути, - прервалось самим пострадавшим, наконец-то пришедшим в сознание.
- О, Адка, твой подопечный очухался, - радостно, будто ей пообещали прибавку к зарплате и нового мужа в придачу, сообщила драгоценная коллега, толкая Ольховскую в плечо. Строго говоря, никакого разделения на «твой-мой» не было и быть не могло – бригады скорой помощи, в отличие от лечащих врачей, не занимаются одними и теми же пациентами постоянно, - просто напарница действовала по принципу «ты вытаскивала – ты и допрашивай теперь, а я пока у своего идиота сигареты отберу». И ведь действительно отобрала! Под лекцию о вреде курения вообще и в карете скорой помощи в частности, не забывая при этом краем глаза наблюдать за более тяжёлым пострадавшим. А дорогой пан доктор, убеждённый, что его «девочкам» давно пора в свободное плавание, и вовсе сделал вид, что он непроходимо занят изучением результатов кардиограммы – к слову сказать, вполне пристойных, после полёта под грузовик могло быть и хуже.
«Сволочи, - обречённо подумала Ольховская, больше всего в своей работе ненавидящая именно опросы пострадавших. Вторым номером шли всяческие интересные личности типа наркоманов, которые, конечно, тоже периодически нуждались в медицинской помощи – они же люди и подданные польской короны. Разумеется, ни первое, ни второе на работе никак не сказывалось, иначе толку от неё было бы чуть больше, чем никакого – разве что в морге работать, тамошние обитатели в оценке состояния сознания точно не нуждаются. – Как там? Спокойствие, тактичность и доброжелательность? Нну, будем считать, что они имеются. И никаких идиотских шуточек про "жить будешь, но недолго"».
- Как вы себя чувствуете? – вооружившись блокнотом и ручкой, Адрианна наклонилась чуть ниже, внимательно всматриваясь в лицо пострадавшего.

+1

6

"Я умер и попал в рай" - чуть не озвучил первую пришедшую мысль Соболевский, когда разглядел склонившегося над ним ангела. У ангела были внимательные серые глаза, каштановые волосы и блокнот в руке.
Боль в затылке вовсе не помогала соображать быстрее, поэтому, потупив на симпатичную девушку секунд пять, агент решил в кои-то веки обойтись без шуток. А все потому, что вообще не был уверен, что не скатится в тупой юмор.
Агенту еще в бытность военным атташе приходилось ездить на скорой с разными травмами, и один раз он как-раз и попался на неуместном в той ситуации юморе.
Еще посчитает тупым мудаком... А этого сейчас хотелось меньше всего.
- Голова раскалывается, - тихо ответил наконец Анджей, скосив глаза на медика. Нормально повернуться к спрашивающей мешал воротник, который надели агенту на шею, пока он был без сознания.
Упростим жизнь хорошенькой и серьезной девушке...
- А левая нога болит начиная от шеи, кажется, - все-таки не удержался от шуток Соболевский.
- В левом внутреннем кармане куртки документы...
О чем он не подумал, так это о двух пистолетах на сбруе,  с которыми редко расставался.  Анджей настолько привык таскаться с оружием,  что даже не вспомнил о нем.

Отредактировано Анджей Соболевский (2016-04-19 21:24:00)

+1

7

Ответа пострадавшего Адрианна ждала, как во время сессии – результатов экзамена: по скорости и осмысленности можно было сделать примерный вывод о тяжести его состояния.
- Всё не так страшно, как может показаться, - с облегчением улыбнувшись, Ольховская сделала пометку в блокноте. Пока результаты были неплохие – глаза открывает, говорит осмысленно, вроде бы пытается шутить. Если, конечно, замечание о ноге было шуткой… Это стоило уточнить, вдруг при осмотре что-то упустили. Дорисовав на листе соответствующую закорючку, девушка пояснила: – У вас открытый перелом левой ноги чуть ниже колена, возможно, сотрясение мозга, так что приятно точно не будет. Можете сказать, где конкретно испытываете болевые ощущения?
«И, если вам действительно хреново – получите дополнительную порцию обезболивающего», -  мысленно закончив фразу, Ольховская кивнула и аккуратно, стараясь не потревожить подключённую к левой руке капельницу, потянулась к отвороту куртки. Озадаченно нахмурившись, девушка пару секунд полюбовалась на рукоять пистолета, выглядывающую из кобуры, после чего всё же извлекла из кармана документы. Невольно вспомнился совершенно неуместный в сложившейся ситуации анекдот про кольцо в ухе и пиратский корабль за окном.
- Надо полагать, оружие вам полагается по долгу службы, пан, - всё же не удержалась Адрианна от замечания, бегло просматривая документы и передавая их врачу, - Соболевский?
Справа сосредоточенно засопели, послышался резкий щелчок включения рации – пан доктор вызывал диспетчера.

0

8

Соболевский к наличию оружия относился примерно как к часам на запястье. Пистолеты с ним были практически всегда, разве что в душ он ходил без них. Поэтому он совершенно спокойно и каких либо мыслей сказал про документы, но даже и не заикнулся об оружии.
   - Простите, должен был вас предупредить о пистолетах, документы на них рядом с удостоверением и водительскими правами. Справа еще одни, если что.  - сказал досадливо поморщившийся Анджей, попутно соображавший, что, где именно, и насколько сильно у него болит. - И да, позвольте представиться, сотрудник общего отдела, агент Анджей Соболевский.
   Ей вряд ли часто доводилось видеть пациентов с оружием, и тут я со стволами...  Учитывая то, что сотрудников общего в народе часто считали полными отморозками, любой намек на неадекватность был бы определенно лишним. А про шутки надо было забыть вообще.
   - Как я и говорил, у меня болит голова и левая нога, но терпимо, - заметил Соболевский, определившись наконец-то со своим состоянием. - Про ногу, болящую от шеи, это была неудачная шутка.
   Агент попытался улыбнуться настолько виновато, насколько позволяло положение, и продолжил, вспомнив еще о некоторых деталях. Точнее о том, что надо бы сделать до того, как в дежурную "Сокола" поступит сообщение от диспетчерской скорой о том, что некий агент Соболевский приобнял грузовик и теперь на работе появится нескоро.
   - Рядом с документами должен быть коммуникатор, вы не могли бы передать его? Мне срочно нужно позвонить...

0

9

Адрианне хотелось сказать старшему коллеге, вполголоса беседующему с диспетчером, много тихих и ласковых - и даже почти цензурных - слов по поводу стволов, "внезапно" обнаружившихся под курткой пострадавшего. Как ни крути, но это был его прокол - сам осматривал, не мог не увидеть отнюдь не миниатюрное оружие. И тут возникали вопросы... Разные, начиная от банального "какого лешего умолчал" до гораздо более неприятного "насколько внимательно осматривал".
"Вот так и начинается пиздец", - представив последствия этого "мелкого и незначительного" косяка, с грустью подумала Ольховская, прислушалась к напряжённому молчанию - драгоценная напарница, видимо, тоже задумалась о грядущих разборках в родимом гадюшнике. И только водителя заботила гораздо более насущная и приземлённая проблема вяло рассасывающейся пробки, а вовсе не "соколёнок" со странным чувством юмора.
- Ничего страшного, - поймав себя на мысли, что уже говорила нечто подобное в последние несколько минут, мягко произнесла Адрианна. Дописывать в блокноте "сотрясения нет, просто по жизни не слишком нормальный" она не стала - не та информация, без которой невозможно дальнейшее лечение, а вопрос психического здоровья сотрудников "Сокола" её и вовсе не касается. - Но шутка действительно была неудачной - большие дозы анестетиков не слишком полезны для здоровья. Звоните, разумеется.
Коммуникатор перекочевал в руку агента, а Адрианна углубилась в свои пометки, соображая, не пропустила ли чего важного.

+1

10

- Спасибо, - ответил Анджей, нажимая на коммуникаторе клавишу быстрого вызова.
Агент взял трубку поудобнее, насколько позволяла ситуация. Межу ухом и динамиком оставался немаленький зазор из-за воротника на шее, так что разговор вполне могли слышать и работники скорой. Хорошенькая девушка-фельдшер так наверняка услышит.
Когда на том конце ответили, Соболевский бодрым голосом выдал на английском:
- Добрый вечер еще раз, в ближайшее время должны позвонить из дежурки и сказать, что я попал в аварию. Так вот, со мной все более менее нормально, но в понедельник я на работу не приду. Меня в госпитале продержат недели две.
Повисла пауза. Анджей, неплохо изучивший характер О'Нилла за последний год, был готов спорить на что угодно, что инспектор подбирал цензурный аналог своим мыслям.
- Повреждения? - ответил он спустя секунд пятнадцать.
Так, пока можно выдохнуть..
- Пара синяков и сломанная нога.
Судя по вновь повисшему молчанию, Оин опять пытался обойтись без мата.
- Соболевский, вы уверены, что это все повреждения?
Или нельзя?
- Ну еще я ударился головой, но вроде ничего критичного...
Анджей легко опознал короткое шипение в трубке. Это Оин втянул воздух через сжатые зубы.
- Ладно, живите.
- Угу, отключаюсь, а то на меня уже медики как-то странно смотрят.
"Не позвонить Оину в данной ситуации было бы хуже", -  думал агент, заканчивая звонок. Убирать коммуникатор смысла не было, поэтому Анджей просто положил его на носилки рядом с собой.
Соболевский не питал иллюзий на тот счет, что О'Нилл так и оставит этот разговор в дальнейшем. С инспектора сталось бы приехать и уточнить интересующие его вопросы у самих врачей, но это уже были проблемы не агента.
Медики действительно смотрели странно. По крайней мере вторая женщина-фельдшер смотрела на агента очень странно с начала разговора с О'Ниллом.
- Вот теперь я с чистой совестью могу ехать куда угодно, - заметил Анджей уже на польском, открыто и искренне улыбнулся сероглазой девушке с блокнотом. - Надеюсь, я не заставил вас чувствовать себя неуютно? Мой начальник плохо знает польский...

Отредактировано Анджей Соболевский (2016-04-19 21:25:24)

+1

11

Сообщение, что маршрут движения немного меняется, никого из присутствующих в салоне медиков не удивило: вполне логично, что сотрудника "Сокола" необходимо сдать специалистам госпиталя святой Марии Небесной, благо он находится по тому же адресу, что и Краковская больница скорой помощи - там же, на святого Лазаря, просто в соседнем здании.
Прислушиваться к разговору, который вёл Соболевский, не обременённая избытком неуместного любопытства Адрианна не собиралась, просто говорил он - а собеседник отвечал - достаточно громко и чётко, чтобы перекрыть несущиеся из кабины водительские изречения в адрес идиотов, по дождю надумавших прокатиться по городу, а потом ещё и изменивших место назначения. Сложно не услышать то, что говорится в твоём присутствии.
"Насчёт двух недель вы, конечно, погорячились, - скосив глаза на странно задумчивого старшего коллегу, то и дело поглядывающего в заливаемое потоками воды окно и разглядывающего рацию так, будто видит её впервые в жизни, подумала девушка. Пан доктор наверняка тоже всё прекрасно расслышал и перевёл, вон как загадочно поглядывает на агента. И только драгоценная напарница, наверняка навострившая любопытные уши, стоило пострадавшему взять в руки коммуникатор, не поняла ничего. Ольховская отмахнулась от шевельнувшегося было в глубине души чувства лёгкого злорадства - не надо было дорогой коллеге, а в недалёком прошлом и сокурснице, пропускать совершенно ненужные, по её мнению, пары английского языка. - Но "радовать" этой новостью буду не я, а лечащий врач".
- Ада, солнце моё, - когда пан доктор начинал говорить таким тоном, Ольховской безумно хотелось стать невидимой, а также неслышимой и вообще необнаружимой никакими способами, включая магические, потому что дальше, как правило, следовало долгое и нудное перечисление того, что она не сделала или сделала неправильно. - Что там с результатами теста?
"Тьфу, чтоб тебя маменькины пираньи обглодали, а хомячки закусили останками..."
- Норма, - передавая блокнот с пометками, доложила Адрианна, покосилась на напарницу. Та обиженно поджала губы и отвернулась к "своему" пострадавшему, выглядящему в разы бодрее всей бригады, вместе взятой. Естественно, у него-то ничего, кроме рассечённой губы, не болит, и тревожит его разве что невозможность покурить в своё удовольствие. - Отнюдь, английский язык входит в число дисциплин, обязательных для изучения. К тому же, - девушка чуть помедлила, прикидывая, как приличнее сформулировать простую, по сути, мысль "нехрен греть уши на чужих делах", вбивавшуюся в тупенькие головушки всех первокурсников, - личные разговоры пациентов медиков не касаются.

0

12

- Тогда ладно.
В положении пациента определенно были плюсы, и один из них - возможность в кои-то веки поговорить с хорошенькой девушкой о чем-то кроме замогильной жути с близлежащего кладбища, или того, как незадачливый волшебник украсил собой стены. Или полтергейстов.
Нет уж, этого добра агенту хватало и на службе.
- Вас ведь Ада зовут, я правильно расслышал? - улыбнулся Анджей сероглазке.
Надо будет потом найти эту девушку.

0

13

"Хоть Адусей по маменькиному примеру не называет, и на том спасибо..."
Учитывая, что пан доктор был прекрасно знаком со старшей Ольховской, такая вероятность существовала и совсем не радовала Адрианну: из всего множества возможных сокращений имени именно этот вариант её раздражал.
- Адрианна, - спокойно уточнила девушка, меняя опустевший флакон с препаратами на полный - как раз должно было хватить на остаток дороги, - можно сократить до Ады.
"Или до чего-нибудь ещё, вариантов великое множество".

0

14

Соболевский проводил взглядом флакон с лекарством. Судя по размерам склянки до госпиталя еще ехать и ехать.  Дождь, пятница, центр города, пробки - обычное дело. Минут двадцать в запасе было точно.
- Адрианна...
Ну да, ты еще ляпни про то, что имя красивое и ей идет, дебил!
- Не согласитесь ли вы как нибудь выпить со мной чашечку кофе после смены? - выдал наконец то Анджей, широко улыбаясь. - Разумеется, когда меня выпишут.
Зачем откладывать что-то на потом, если можно договориться сейчас?

Отредактировано Анджей Соболевский (2016-04-19 21:26:15)

0

15

Пожалуй, не убери Ольховская пустой пузырёк в контейнер, предназначенный для использованных инструментов, полетел бы он на пол. Неожиданность - такая забавная штука... Внезапная. Как срочный вызов в пять утра на другой конец города.
"Деточка, после смены твоей унылой физиономией разве что детей пугать, но никак не кофе с разными интересными личностями пить. Даже если эти личности тебе нравятся. Особенно - если нравятся!"
- Почему бы и нет? - задвинув здравые размышления куда подальше, Адрианна чуть смущённо улыбнулась. - "Заодно удостоверюсь, не накосячили ли коллеги из Марии с простейшей операцией".
Выдающиеся способности специалистов из госпиталя святой Марии сомнений не вызывали, но мало ли... Своим врачам Ольховская доверяла больше.

0

16

Соболевский наскоро открыл в коммуникаторе записную книжку и протянул устройство Адрианне.
- Не запишете ли свой номер телефона, чтобы мне не пришлось после выписки развлекать ваших коллег поисками?
Сероглазка могла записать что угодно вместо номера. Ошибиться цифрой или перепутать пару рядом стоящих. Случайно. Хороший способ отказать, не отказывая прямо. Но не просить же ее диктовать номер при всех?
- Люди почему-то неохотно отвечают на вопросы, пока не представишься, - виновато повел плечом Анджей.
А уж как начинают отвечать после...

Отредактировано Анджей Соболевский (2016-04-19 21:27:31)

0

17

Когда Соболевский подал ей коммуникатор с просьбой записать номер, Адрианна впервые в жизни пожалела, что не имеет привычки таскать с собой пачку визиток. Мысль была неожиданной - обычно она обходилась выдранными из блокнота листами, стикерами и прочими мелкими бумажными радостями, потерять которые вместе с относительно полезной информацией проще простого. Впрочем, зачем фельдшеру скорой помощи визитки? Совершенно незачем, уж номер-то можно и так записать.
Оставалось только вспомнить этот самый номер...
- Не надо развлекать моих коллег, им и так живётся достаточно весело, - набирая чудом выцарапанное из глубин памяти сочетание цифр, строго заметила Ольховская, улыбнулась, смягчая резковатый тон. О том, что вполне можно "ошибиться" парочкой циферок, она не подумала. Зачем осложнять людям жизнь такими глупостями? - Люди вообще неохотно отвечают на вопросы, даже когда от ответов зависит их собственная жизнь.
Уж об этом-то Адрианна знала не понаслышке - не раз и не два приезжала на вызовы к личностям, смотревшим на медиков, будто те явились забрать их, а также их родственников, детей и любимых хомячков прямиком в ад, а уж вопросы задают и вовсе неприличные. В десятку особенно неприличных неизменно входили: "что ела ваша дочь-аллергик" и "что вы давали бабушке-гипертонику".
- Такова уж их природа, - возвращая коммуникатор владельцу, закончила Ольховская.

+1

18

- Выходит, у нас больше общего, чем кажется на первый взгляд? - заметил Анджей, положив коммуникатор обратно на носилки.
Не развлекать коллег Адрианы выходило плохо. Даже не плохо, а не выходило вовсе. Соболевский понятия не имел, какие пациенты чаще всего попадались этой бригаде скорой. Но судя по лицам медиков, нынешний их рейс пошел куда-то не туда. И не только из-за пробок.
- Какой кофе вы любите? - спросил Анджей, оставив проблему выбора цветов на потом.

0

19

«Две руки, две ноги, одна голова, широкий ассортимент придурков вокруг – общего действительно много», - под аккомпанемент на редкость мерзкой мелодии – матушка звонить изволят – неожиданно весело подумала Адрианна. Вызов она по давно укоренившейся привычке сбросила, прекрасно зная, что в случае крайней необходимости родительница прекрасно может написать сообщение, а просто поболтать можно и потом.
- Пожалуй, что-то общее действительно есть, - так и не придумав внятного ответа, осторожно согласилась Ольховская, - разве что методы работы различаются. А кофе я пью любой, особенно если он с корицей и имбирём.
Напарница, с комфортом устроившаяся у окна, тихо и очень выразительно фыркнула, с трудом удержавшись от расширения списка возможных добавок до «коньяк, ром, бальзамчик – и можно без кофе».

0

20

- Ну и отлично.
Соболевский отвлекся ненадолго от хорошенькой девушки и нахмурился. Он по-прежнему не имел понятия, как именно оказался под грузовиком. Одно дело восстановить цепочку событий умом, а совсем другое - вспомнить. Последнее как-раз и не удавалось, и этот небольшой провал в памяти нервировал агента.
- Совершенно не помню аварии и еще некоторого времени до нее, - сказал Анджей задумчиво. - Вы не знаете, Адрианна, я это вообще вспомню?

0

21

- Вы не помните только эти моменты? - немного подумав, уточнила Ольховская. Новость была не то чтобы неожиданной, просто не слишком отрадной. Однако заданный вопрос требовал ответа, а в идеале - не перегруженной ненужными сейчас медицинскими терминами лекции о взаимосвязи разных видов повреждения мозга с потерей памяти.
- В целом, это зависит от тяжести полученной травмы и эффективности применяемых методов лечения. В случае ретроградной амнезии воспоминания, как правило, через некоторое время возвращаются. Сказать наверняка, когда это произойдёт и в каком объёме восстановится утраченное, увы, никто не в состоянии - всё сугубо индивидуально.
"Вроде бы получилось более-менее понятно, и даже местами оптимистично..."

0

22

- Все остальное я помню, - отозвался Соболевский, - Вроде бы.
Пояснения Адрианны здорово успокоили агента, которому совсем не улыбалось начать страдать провалами в памяти раньше лет восьмидесяти. А то девяноста. Кусок потерянного времени был небольшим, и не касался вроде как ничего, кроме дурацкой аварии.
Позже в больницу наверняка придут с расспросами те, кто станет расследовать причины происшествия. Если к тому моменту память вернется - отлично, не вернется - не важно. Все равно потом кто-нибудь добрый расскажет и об аварии, и о том, что по этому поводу думает. И мыслями касательно самого Соболевского тоже поделится. К гадалке не ходи...
- Как хорошо, что амнезия ретроградная, - сказал повеселевший Анджей. - Теперь я могу быть уверен, что не забуду знакомства с вами, Адрианна.

+1

23

- Это радует, - с облегчением произнесла Адрианна, чувствуя, что дурацкая улыбка упрямо не сходит с губ. - Но, если начнутся проблемы с памятью, обязательно сообщите об этом вашему лечащему врачу.
"Потому что из меня невропатолог хреновый, а психиатр и того хуже, и вообще..."
Что "вообще", отвлекшаяся на радостный возглас водителя: "наконец-то эти мудаки убрались с дороги" Ольховская додумать попросту не успела - машину слегка тряхнуло, когда колесо проскочило по бордюру, за окном из дождевой мути проступили знакомые очертания комплекса зданий, в которых располагались Краковская больница скорой помощи и госпиталь святой Марии Небесной.
- Не прошло и сорока минут, - ворчливо заметил пан доктор, последние минуты пути с нетерпением поглядывавший на часы. Вернув Адрианне блокнот, врач продолжил со странной нежностью: - Я ни на что не намекаю, но некроз - не самое приятное дополнение к открытым переломам.
За привычной болтовнёй старшего коллеги Ольховская как-то не сразу поняла, что конкретно сказал Соболевский.
- Сложновато забыть знакомство, произошедшее после встречи с грузовиком, - неловко улыбнувшись, девушка переместилась к выходу - карета наконец-то подъехала к госпиталю и остановилась у входа. Судя по количеству встречающих лиц, диспетчер рассказала своей коллеге из госпиталя нечто из ряда вон выходящее. Ну, или у "соколов" так положено по протоколу, с внутренней документацией ведомственного госпиталя Адрианна никогда не знакомилась, да и не собиралась.
Выгрузка агента заняла от силы минуту, а дальше он перешёл в ведение специалистов "марии".
- Вот ты мне скажи, солнце моё ясноглазое, это что только что было?! - стоило окружённым медикам носилкам скрыться в недрах госпиталя, возмущённо зашипела драгоценная коллега. Пока пан доктор отмечался у местных дежурных, она как раз могла проявить заботу о судьбе коллеги. - Ещё и ручкой помахал на прощание! А вдруг он маньяк, а? Вон как улыбался, когда ты носилки вытаскивала! В "Соколе" все психи неадекватные, а я, между прочим, о тебе беспокоюсь!
Высказавшись, напарница с обиженным видом нырнула в кабину - не иначе, развешивать по свободным водительским ушам своё негодование.
- Что-то не заметила я никакой неадекватности, - Адрианна нашарила в кармане куртки блокнот с результатами последнего теста. Надо было дождаться пана доктора, сдать на обследование второго пострадавшего, о котором, кажется, все благополучно забыли, и выпросить у диспетчера травяного чая. До конца смены оставалось... Всего каких-то четырнадцать часов.

THE END

+1


Вы здесь » Легенды Старого Кракова » Игровой архив » Как постирать "черепаху"